Поиск на сайте

images/slideshow/fact11.jpg

Сказки Леонардо

Восхищаясь гением Леонардо да Винчи, мы многое не знаем о нём, но и та малая толика сведений о художнике открывает личность исключительную, многогранную.

Созданные художником идеи и образы перешагнули века. К какой бы области знаний ни обратились мы сейчас, убедимся, что Леонардо опережал своё время: проектировал летательный аппарат, модель парашюта, водолазного приспособления. Часто не окончив одного дела, он уже брался за другое.

Художник обладал умом учёного, но с такой магической силой рассказал о глубинах человеческой души и природы, что и сегодня историки искусств не устают разгадывать смысл творений Леонардо. Попробуем и мы. Прочитаем сказки художника в пересказе с итальянского (переводчик А. Махов).

Леонардо да Винчи

Сказки

Мотылёк и пламя

Порхая в вечерних сумерках и наслаждаясь прохладой, нарядный мотылёк вдруг приметил мерцающий вдали огонёк. Он тотчас направился к освещённому месту, а когда оказался рядом, стал летать вокруг горящего на окне ночника, с удивлением разглядывая его. Как же красив этот незнакомец!

Налюбовавшись вдоволь, мотылёк решил познакомиться с ярким огоньком и поиграть с ним, как обычно забавлялся в саду с цветами, раскачиваясь на их венчиках, словно па качелях. Отлетев немного в сторону, он сделал крутой разворот и пролетел, почти касаясь жёлтого язычка пламени и как бы приглашая его к игре. По что-то больно кольнуло его и подбросило вверх. Присев на подоконник у ночника, мотылёк в изумлении обнаружил, что потерял одну лапку и подпалил края крылышек.

«Как же могло такое стрястись?» — в недоумении спрашивал себя мотылёк и не находил ответа. Он никак не мог допустить, чтобы такой дивный, безобидный огонёк способен был причинить ему зло.

Придя немного в себя от потрясения, мотылёк вновь расправил крылышки и вспорхнул. Сделав несколько кругов над горящим ночником, он спокойно полетел прямо на пламя, желая покачаться на нём, но тут же упал в масло, коим питался коварный огонёк.

— Какой же ты жестокий! — промолвил мотылёк, теряя силы. — Я надеялся найти в тебе друга, а обрёл погибель. Слишком поздно я понял, как ты зол и опасен! Дорого мне обошлась глупая затея поиграть с тобой!

— Бедный мотылёк! — ответил ему ночник. — Моя ли вина, что я не цветок, освещённый лунным светом, как ты наивно полагал? Моё назначение светить людям. А кто не умеет осторожно обращаться с огнём, непременно обжигается.

 

Вода

Вода весело плескалась в родной морской стихии. Но однажды ей взбрела в голову шальная мысль добраться до самого неба.

Она обратилась за помощью к огню. Своим обжигающим пламенем он превратил воду в мельчайшие капельки тёплого пара, которые оказались гораздо легче воздуха.

Пар тотчас устремился вверх, поднимаясь в самые высокие и холодные слои воздуха.

Оказавшись в заоблачной выси, капельки пара окоченели так, что у них зуб на зуб не попадал от холода. Чтобы согреться, они тесно прижались друг к другу и, став намного тяжелее воздуха, тут же попадали на землю в виде обычного дождя. Наболев тщеславием, вода вознеслась к небу, но была изгнана оттуда. Жаждущая земля поглотила дождь до единой капли. И воде ещё долго пришлось отбывать наказание в почве, прежде чем она смогла возвратиться в морские просторы.

 

Ручей

Один легкомысленный ручей запамятовал, что своими водами он обязан дождю. После сильного ливня он так непомерно раздулся, что, утратив скромность, вознамерился стать полноводной рекой.

Чтобы расширить русло, разбушевавшийся не на шутку ручей принялся подтачивать берег, размывая землю и обрушивая камни.

Но вот ветер разогнал тучи, и снова выглянуло яркое солнце. Сам того не ведая, строптивый ручей оказался пленником сооружённой им запруды. Чтобы не превратиться в грязную лужу и не высохнуть на солнцепёке, ему пришлось немало попотеть, плутая среди разбросанных камней, прежде чем он смог спуститься в долину и отдать свои воды их законной хозяйке — реке.

 

Персиковое дерево

В одном саду рядом с орешником росло персиковое дерево. Оно то и дело с завистью поглядывало на ветви соседа, щедро усыпанные орехами.

— Отчего у него столько плодов, а у меня так мало? — не переставало ворчать неразумное дерево. — Разве это справедливо? Пусть и у меня будет столько же персиков! Чем я хуже его?

— Не зарься на чужое! — сказала ему как-то росшая поблизости старая слива. — Неужели ты не видишь, какой крепкий ствол и гибкие ветки у орешника? Чем ворчать понапрасну да завидовать, постарайся-ка лучше вырастить добротные сочные персики.

Но ослеплённое чёрной завистью персиковое дерево не пожелало прислушаться к добрым советам сливы, и никакие доводы на него не действовали. Оно тут же повелело своим корням поглубже вгрызться в землю и побольше извлечь живительных соков и влаги. Ветвям оно приказало не скупиться на завязь, а цветам превратиться в плоды.

Когда прошла пора цветения, дерево оказалось увешанным с ног до головы зреющими плодами. Наливаясь соком, персики тяжелели день ото дня, и ветвям было невмоготу удерживать их на весу.

И вот однажды дерево застонало от натуги, ствол с треском надломился, а спелые персики попадали все до одного на землю, где и сгнили у подножия невозмутимого орешника.

 

Лоза и старое дерево

Однажды виноградной лозе взбрело в голову обвиться вокруг ствола старого дерева, чтобы чувствовать себя вольготнее и уверенней. Её подруги по винограднику, которые росли, как и положено, цепляясь за врытые крестьянином в землю столбы, недоумённо спросили:

— Какой прок тебе от этого старого дерена? Ведь оно на ладан дышит. Не ровён час, треснет и свалится, что ты тогда будешь делать?

— Не ваша печаль! Проживу как-нибудь своим умом, — дерзко ответила лоза, уверенная в своей правоте. Она ещё крепче обвилась вокруг ствола, теша себя надеждой, что ей удастся перехитрить остальные лозы, взметнуть выше всех к солнцу зелёные ростки и тем самым продлить своё существование.

Но у облюбованного ею дерева было столько прожитых лет за плечами, что оно с трудом держалось на ногах. Многие ветки давно высохли, а трухлявый, полусгнивший ствол содрогался от каждого порыва ветра.

Однажды, тяжело охнув, дерево рухнуло, а обнявшая его ствол недальновидная лоза погибла, раздавленная поверженным великаном.

 

Паук и виноград

Наблюдая несколько дней кряду за полётом мошкары, паук заметил, что чаще всего она тучами вьется над виноградником.

«Теперь мошкаре несдобровать!» — ухмыльнулся паук и полез полозе. Он протянул крепкую сеть к одной из самых крупных душистых кистей, а сам спрятался в углублении между прохладными виноградинами.

Из своего укрытия хитрый разбойник нападал исподтишка на беспечных мошек, привлечённых терпким запахом зреющего винограда и не подозревавших, какая их ждёт опасность. Прожорливый паук передушил немало мошек, и подвох сходил ему с рук.

Но вот наступила пора сбора винограда. Урожай выдался богатый, и крестьянину пришлось немало потрудиться на своем винограднике. Ловко орудуя ножом, он срезал одну кисть за другой. Попалась ему и та, в которой притаился паук. Она тут же угодила в большую корзину, где была завалена другими крупными гроздьями.

Так виноград оказался ловушкой для вероломного паука. Он хитро плёл сети для других, а запутался в них сам и был раздавлен насмерть.

 

Устрица и мышь

Как-то устрица угодила в сеть и вместе с богатым уловом оказалась в рыбачьей хижине.

«Здесь всех нас ждёт неминуемая гибель», — печально подумала она, видя, как в спаленной на полу куче задыхаются без воды и бьются в предсмертных муках её собратья по несчастью.

Вдруг откуда ни возьмись явилась мышь.

— Послушай, добрая мышка! — взмолилась устрица. — Сделай милость, отнеси меня к морю!

Мышь понимающим взглядом оглядела её: устрица на редкость крупная и красивая, да и мясо у неё, должно быть, сочное и вкусное.

— Хорошо, — с готовностью ответила мышь, решив поживиться лёгкой добычей, которая, как говорится, сама шла в руки. — Но прежде ты должна раскрыть створки своей раковины, чтобы мне удобнее было нести тебя к морю. Иначе я с тобой никак не управлюсь.

Плутовка говорила так убедительно, что обрадованная её согласием устрица не учуяла подвоха и доверчиво раскрылась. Узкой мордочкой мышь тут же сунулась внутрь раковины, чтобы покрепче вцепиться зубами в мясо. Но впопыхах она забыла про осмотрительность, и устрица, почувствовав неладное, успела захлопнуть свои створки, зажав крепко-накрепко, словно капканом, голову грызуна. Мышь громко запищала от боли, а находившаяся поблизости кошка услыхала писк, одним прыжком настигла обманщицу и сцапала.

Как говорится, хитри-хитри, да хвост береги.

 

Обезьянка и птенец

Прыгая с ветки на ветку, молоденькая обезьянка нашла гнездо с птенцами. Она тотчас запустила в него лапу, но птенцы мгновенно упорхнули в разные стороны. Не повезло лишь самому слабому из них, не умевшему пока летать.

Не чувствуя под собою ног от радости, обезьянка вернулась домой с птенчиком в руках. Он так очаровал её, что она принялась его ласкать, чмокать, облизывать, качать на руках и крепко прижимать к груди.

Мать умилённо посмотрела на дочь, но не пожурила за шалость.

— Ты только посмотри, мама, какой он милый и потешный! — восторженно кричала обезьянка. — Ах, как я его люблю!

Она продолжала целовать и тискать пичужку, пока та не задохнулась в жарких объятьях.

Пусть призадумаются некоторые родители, неспособные вовремя одёрнуть своих детей, потакая опасным забавам, которые никогда добром не кончаются.

 

Волк

Привлечённый запахом овечьей отары, матёрый волк, осторожный и подозрительный, вышел ночью из глубины леса. Крадучись и неслышно ступая лапами, дабы малейшим шорохом не разбудить чуткого пса, он вплотную подошёл к загону, где стояли жирные овцы, тесно прижавшись друг к другу.

Добыча была близка. Манящий запах так сильно бил в ноздри, что у голодного волка свело живот и закружилась голова. И в этот самый миг он оступился, задев лапой камень.

Чтобы наказать себя за промах, волк поднял оплошавшую лапу и укусил сё до крови.

 

Медвежонок и пчёлы

Не успела медведица отлучиться по делам, как её непоседливый сынок, забыв о мамином наказе сидеть дома, вприпрыжку помчался в лес. Сколько здесь раздолья и незнакомых манящих запахов! Не то что в тесной душной берлоге. Вне себя от радости, медвежонок принялся гоняться за бабочками, пока не наткнулся на большое дупло, откуда так сильно пахнуло, ч то в носу защекотало.

Приглядевшись, малыш обнаружил, что пчёл здесь видимо-невидимо. Одни летали с грозным жужжанием вокруг дупла, точно часовые, а другие прилетали с добычей и, юркнув внутрь, снова улетали в лес. Заворожённый этим зрелищем, любопытный медвежонок не мог удержаться от соблазна. Ему не терпелось поскорее выведать, что творится внутри дупла. Вначале он просунул туда нос и понюхал, а затем погрузил лапу и почувствовал что-то тёплое и липкое. Когда он вытащил лапу наружу, она была вся в меду.

Не успел он лизнуть сладкую лапу и зажмуриться от удовольствия, как на него налетела туча свирепых пчёл, которые впились ему в нос, уши, рот... От нестерпимой боли медвежонок взвыл и стал отчаянно защищаться, давя лапами пчел, но те ещё пуще жалили. Тогда он принялся кататься по земле, стараясь заглушить жгучую боль, но и это не помогало.

Не помня себя от страха, малыш пустился наутёк, к дому. Весь искусанный, прибежал он в слезах к своей маме. Медведица для порядка пожурила его за баловство, а затем промыла покусанные места студёной ключевой водой.

С той поры медвежонок твёрдо знал, что за сладкое приходится горько расплачиваться.

 

Муравей и пшеничное зерно

Оставшееся на поле после жатвы пшеничное зерно с нетерпением ждало дождя, чтобы поглубже зарыться в сырую землю в преддверии наступающих холодов.

Пробегавший мимо муравей заметил его. Обрадовавшись находке, он, не раздумывая, взвалил тяжёлую добычу на спину и с трудом пополз к муравейнику.

Чтобы засветло поспеть к дому, муравей ползёт без остановки, а поклажа всё тяжелее давит его натруженную спину.

— Зачем ты надрываешься? Брось меня здесь! — взмолилось пшеничное зерно.

— Если я тебя брошу, ответил муравей, тяжело дыша, — мы останемся на зиму без пропитания. Нас много, и каждый обязан промышлять, дабы умножать запасы в муравейнике.

Тогда зерно подумало и сказало:

— Я понимаю твои заботы честного труженика, но и ты вникни в моё положение. Послушай меня внимательно, умный муравей!

Довольный тем, что можно немного перевести дух, муравей сбросил со спины тяжёлую ношу и присел отдохнуть.

— Так знай же, — сказало зерно. — во мне заключена великая животворная сила, и моё назначение — порождать новую жизнь. Давай заключим с тобой один договор.

— Какой такой договор?

— А вот какой. Если ты не потащишь меня в муравейник и оставишь на родном поле, — пояснило зерно, — то ровно через год получишь взамен сто таких же пшеничных зёрен.

Удивлённый муравей недоверчиво покачал головой.

— Верь мне, дорогой муравей, я говорю сущую правду! Если ты сейчас откажешься от меня и повременишь, то потом я сторицей вознагражу твоё терпение и твой муравейник не будет внакладе.

Муравей задумался, почёсывая затылок: «Сто зёрен в обмен на одно. Да такие чудеса только в сказках бывают».

— А как ты это сделаешь? — спросил он, распираемый любопытством, но всё ещё не веря.

— Положись на меня! — ответило зерно. — Это великая тайна жизни. А теперь вырой небольшую ямку, закопай меня, а потом сызнова возвращайся.

В условленный срок муравей вернулся на поле. Пшеничное зерно сдержало своё обещание.

Яндекс.Метрика