Даты и события

  • Register


Узнавайте новое с нами

Ответим на Ваши вопросы,

поделимся опытом работы.

Русский язык и литература для всех

Сергей Михалков

Сергей Михалков

Кто не знает Сергея Владимировича Михалкова? Без преувеличения — знают все: мы ещё не выучили буквы, а уже слушали его стихи, и держали в руках его книжки, и читали по памяти про весёлую компанию, про мам, про дядю Стёпу, потому что легко запомнить то, что написано просто и ясно.

Мы с товарищем вдвоём

Очень весело живём.

Мы такие с ним друзья,

Куда он, туда и я.

Но не думайте, что поэт так же легко пишет стихи, как мы их читаем, — раз-два и готово! Это обманчивое впечатление. Когда перед тобой лежит белый лист бумаги, трудно сказать, какая у него будет судьба: принесёт ли он миру новое поэтическое слово или будет смят и брошен в корзину.

Простой бумаги свежий лист!
Ты бел как мел. Не смят и чист.
Твоей поверхности пока
Ничья не тронула рука.

Чем станешь ты? Когда, какой
Исписан будешь ты рукой?
Кому и что ты принесёшь:
Любовь? Разлуку? Правду? Ложь?

Прощеньем ляжешь ли на стол?
Иль обратишься в протокол?
Или сомнёт тебя поэт,
Бесплодно встретивший рассвет?

Нет, ждёт тебя удел иной!
Однажды карандаш цветной
Пройдется по всему листу,
Его заполнив пустоту.

И синим будет небосвод,
И красным будет пароход,
И чёрным будет в небе дым,
И солнце будет золотым!

Сергей Вла­димирович посвятил свою жизнь, свой талант детям. Он лауреат многих премий, награж­дён орденами и медалями за свой талантливый труд. О популярности Михалкова говорит и тот факт, что книги писателя знакомы практически всем. Двадцатитрехлетним автором теперь уже всем известного «Дяди Стёпы» шагнул он в детскую литературу. И пошло... и поехало... Вышло за её пределы. Более 130 миллионов книг уже выпущено на языках всех народов на­шей Родины и на многих языках мира. Надо написать целую кни­гу, и две, и три, и ещё больше, чтобы раскрыть полностью многогранное, яркое творчество этого уди­вительного писателя.

25 апреля 1935 года в седьмом номере детского журнала «Пионер» впервые вышел в свет любимый литературный герой — дядя Стёпа, или правильнее сказать — Степан Степанов, симпатичный молодой велика­н, который носил огромные, «сорок пятого размера», ботинки. Помните:

Спать ложился дядя Стёпа —

Ноги клал на табурет...

Он самый добрый, смелый, находчивый и веселый. Именно эти качества привлекают к немулюдей всех поколений. Дядя Стёпа — человек на все времена!  Сам Сергей Владимирович был тоже высокий человек со смеющи­мися   глазами, с улыбкой в каждой чёрточке лица, очень похожий на своего героя:

Кто не знает дядю Стёпу!

Кто не любит дядю Стёпу!

По фамилии Степанов

И по имени Степан,

Из районных великанов

Самый главный великан. 

Идут годы. Дядя Стёпа, живой, совершенно живой, как он живёт, где служит? И Сергей Ми­халков вновь пишет новую книгу о лю­бимом своём и нашем герое. Оказывается:

Я скажу вам по секрету,

Что в милиции служу,

Потому что службу эту

Очень важной нахожу.

Дядя Стёпа — милиционер. Каж­дый день, каждый час на своем посту защищает справедливость. Каждый день, каждый час готов постоять за обиженных, встать на защиту законности, на хулиганов подняться грозой.  годы идут. И вот что рассказыва­ет писатель Михалков:

Я приехал в детский сад,

Прочитал ребятам книжку,

Не успел на место сесть,

Поднимается парнишка:

«А у Стёпы дети есть?»

И появляется новая книжка «Дядя Стёпа и Егор». Появляется новый герой. Дядя Степа по-преж­нему милицейский старшина, по-прежнему на своем важном посту, а сын Егор подрастает, растет, сме­лый, как отец, сильный, правди­вый, и работа у него смелая — он летчик-испытатель.

И однажды утром рано

Мы услышим в тишине:

Космонавт Егор Степанов

С Марса шлёт привет Луне!

У нас в доме есть старая зачитанная книга — «С. Михалков. Стихи». Её читали и бабушка, и мама, и я. Все мы знаем наизусть многие стихи из этой книги, даже бабушка, которая не перечитывала её, наверное, лет двадцать.

Потом мне подарили книжку басен «Коты и мыши». Это была очень красивая и веселая книга, населенная самыми разными животными. Здесь были дальновидная Сорока и разборчивая Кошечка, легкомысленная Синица за границей и жадная Ворона, ленивый начальник Енот и Заяц-хвастунишка... Под видом этих животных Михалков высмеял плохие черты человеческого ха­рактера, и от этого, мне кажется, люди должны становиться лучше. 

Пьесы  Сергея Владимировича «Я хочу домой», «Особое задание», «Веселое сновидение», «Сомбреро» шли во всех наших детских театрах, во многих зару­бежных театрах, и театральные залы всегда до отказа полны.

Или другое. Вы включаете "Старое ра­дио" и слышите знакомый голос Игоря Ильинского:

Каких фамилий только нет:

Пятеркин, Двойкин, Супов...

Конечно, вы дослушаете до кон­ца басню «Смешная фамилия» и горячо согласитесь с баснописцем, острым, умным:

А Грибоедов, Пирогов

Прославились навеки!

И вывод, стало быть, таков:

Все дело не в фамилии, а в человеке!

Наши родители помнят, как в кино перед нача­лом картины на тёмном экране под звуки бравурной музыки стреми­тельно чертилось слово «Фитиль», и представлялись сатирические истории о людях фаль­шивых, нечестных, грубых, неве­жественных. Сатирический киножурнал «Фитиль» был создан Михалковым. Он редактор его и автор множества сатирических киноочерков. Перо его остро и весело, насмешливо и муд­ро, серьезно и лирично. Все всегда говорят о юморе Сер­гея Михалкова, юмор его неисто­щим и прелестен.

Сначалабыл театр. Домашний.

Безусый пятиклассник вживается в роли: наце­пит бороду — старик, напялит пенсне — окулист, наденет шлем — танкист, бескозырку — моряк... Так мальчик Сережа Михалков на мини-сцене становится героем пьес, написанных драматурга­ми и русскими и нерусскими. Вскоре начинает со­чинять сам. Сперва это были басни: «Культура», «Сказка про медведя», потом — песни. Понрави­лось. Не только ему.

Стал выпускать литературный журнал. Домаш­ний. Рукописный.  И вышло его имя на страницы печатные. Публикация в пятнадцать лет — первая награда.

Крутыми тропинками в гору,

Вдоль быстрых и медленных рек,

Минуя большие озера,

Веселый шагал человек».

Былбыт, былибудни.

Пятикурсник Сергей Михалков всматривается в жизнь. Знакомится с миром, его окружающим.

«Что значит для меня активно вторгаться в жизнь? — спросит он у себя через полвека и от­ветит: — Это значит не оставаться равнодушным к тому, что задевает, откликаться на то, что тре­бует твоего личного вмешательства, реагировать на общественные явления...»

И Сергей Владимирович откликается, вмеши­вается, реагирует.

Живые люди перерождаются в его произведе­ниях в литературных героев. Они, возможно, чу­точку мудрее, чуточку добрее, чуточку веселее своих живых прототипов.

И образуется новая планета, где все имеют свои имена, свои характеры. И читатель, в каком бы возрасте ни был, с ними — с этими героями — знакомится, любит, запоминает их.

Кто они — эти герои? Иван Кузьмич — лесник, Иван Петрович — часовщик, холодный сапожник, наездник Али-Бек,  жонглер Силантьев. Это дети — на весь алфавит. Двуногие и четвероногие звери, рогатые и кры­латые обитатели волшебного МИРА МИХАЛКО­ВА.

Вчерашний артист домашнего театра стал одним из основателей драматур­гии для детей. Вчерашний автор и редактор домашнего руко­писного журнала стал главным редактором популярнейшего киножурнала «Фитиль». Начинающий поэт-песенник стал соавтором главной песни страны — Гимна РФ.

 

С. Михалков

Не спать!

Я ненавижу слово "спать"!
Я ёжусь каждый раз,
Когда я слышу: "Марш в кровать!
Уже десятый час!"

Нет, я не спорю и не злюсь -
Я чай на кухне пью.
Я никуда не тороплюсь,
Когда напьюсь - тогда напьюсь!
Напившись, я встаю
И, засыпая на ходу,
Лицо и руки мыть иду...

Но вот доносится опять
Настойчивый приказ:
"А ну, сейчас же марш в кровать!
Одиннадцатый час!" …

Я, как герой, борюсь со сном,
Чтоб время протянуть,
Мечтая только об одном:
Подольше не заснуть!

Я раздеваюсь полчаса
И где-то, в полусне,
Я слышу чьи-то голоса,
Что спорят обо мне.

Сквозь спор знакомых голосов
Мне ясно слышен бой часов,
И папа маме говорит:
"Смотри, смотри! Он сидя спит!"

Я ненавижу слово "спать"!
Я ёжусь каждый раз,
Когда я слышу: "Марш в кровать!
Уже десятый час!"

Как хорошо иметь права
Ложиться спать хоть в час! Хоть в два!
В четыре! Или в пять!
А иногда, а иногда
(И в этом, право, нет вреда!) -
Всю ночь совсем не спать!