Георгий Ладонщиков — имя, которое для многих поколений читателей стало синонимом доброго, светлого, самого обычного детства.
Его стихи не гремели на всю страну, как произведения Маршака или Михалкова, но они прочно вошли в хрестоматии, потому что в них была та самая «тихая правда», которая понятна каждому ребёнку.
Говорят, что в литературу Ладонщиков пришёл случайно. Он был профессиональным токарем, воевал, работал на заводе. Но, видимо, в душе поэзия жила всегда. Его приход в детскую литературу не был «литературным проектом». Ему хотелось поделиться тем, что он видел вокруг. Он не пытался казаться «детским писателем», он просто разговаривал с детьми на языке образов, которые были близки ему самому.
Действительно, в творчестве Ладонщикова тема труда и сельской жизни занимает центральное место. Это гимн созиданию, труду. Такому обычному и простому способу познания мира.
Грабли
Эти грабли возле дома
Целый год валялись.
Все рассохлись,
В куче лома
Зубья растерялись.
Я нашёл их и решил
Вставить зубья новые;
Чтобы крепче были,
Вбил
Клинышки кленовые.
Грабли сделались другими.
Вот они, в порядке!
Мы весною будем ими
Делать с мамой грядки.
Герои поэта — деревенские мальчишки и девчонки, лесные звери и домашние животные. Человек, природа и работа в поле или в саду неразделимы. Интересно всё! Как растёт дерево, как ведёт себя щенок, как важно помочь старшим.
Загрустил воробышек
— Воробей-воробышек,
В сером зипуне,
Что сидишь
нахохлившись?
Иль не рад зиме?
— Я тебе отвечу,
Мой давнишний друг,
Все мои соседи
Подались на юг.
Опустело поле,
Речка тихо спит,
Облетели листья
С клёнов и ракит,
Солнышко далёкое
Стало слабо греть...
Всё же мне не хочется
Никуда лететь.
Знаю, будут вьюги
Петь тут и кружить,
Но разлуки с родиной
Мне не пережить.
Если Чуковский или Барто часто использовали игру, гротеск и динамичный ритм, то Ладонщикова можно считать поэтом-созерцателем. Его стихи приглашают к раздумью. В них мало «шума» и больше «тишины». Зачем смешить ребенка любой ценой? Нужно научить его видеть. Это позиция человека, который сам привык работать руками и ценит каждую мелочь: будь то колосок, или капля росы, или старый забор.
Обаяние стихов Ладонщикова кроется в искренности и отсутствии поучений. Герои совершают ошибки, радуются простым вещам, учатся ответственности. Читая стихи, ребёнок чувствует, что автор похож на доброго дедушку, который расскажет хорошую историю и не будет ругать.
Георгий Ладонщиков был человеком крайне закрытым. Он не оставил интервью или воспоминаний, считая, что за него говорят его стихи. Не искал славы, не участвовал в литературных интригах. Гражданская позиция поэта была проста: быть честным в своём деле, любить свою землю и беречь то живое, что нас окружает.
Чему можно научиться у героев Ладонщикова? Во-первых, трудолюбию. Труд должен приносить радость созидания и не быть повинностью. Во-вторых, доброте и внимательности. Быть добрым даже к букашке малой. Замечать красоту в самом привычном. И, наконец, ответственности за себя и за тех, кто рядом.
Бабочки
На просеке светится лужица
Синего неба синей.
Кружатся, кружатся, кружатся
Бабочки стайкой над ней.
Любят над лужей прохладной
Они беззаботно кружить...
Много ли маленьким надо.
Чтобы счастливыми быть?!
Если вы хотите познакомиться с творчеством Геннадия Ладонщикова, начните с этих произведений: «Про медведя и цветок», «Про себя и про ребят», «Год идёт», «Что мы видели в лесу».
Про медведя и цветок
Как-то раннею весной
На проталине лесной
Увидал медведь матёрый
Человека под сосной.
Человек был с рюкзаком
И с походным котелком.
Он стоял и любовался
Появившимся цветком.
– Вот чудак! –
Сказал медведь. –
Никакого смысла ведь
Нет от этого цветочка.
Вот нашёл на что смотреть!
Лучше в ельник бы пошёл,
Муравейник бы нашёл
Или в улей заглянул бы:
Нет ли мёда там у пчёл?..
Зверя мы судить не будем.
Что ж, медведь – медведь и есть.
Плохо, если люди любят
Только то,
Что можно съесть!
Георгий Ладонщиков — поэт «малых дел» и «большой души». Его стихи помогают увидеть «дорогу», обрести спокойствие, остановиться, выдохнуть и просто посмотреть вокруг. Поэт прекрасно владел искусством миниатюры и понимал, что для ребёнка мир не делится на «важное» и «незначительное». Для него сломанная ветка, первый весенний ручей или неуклюжая попытка ребёнка помочь матери на кухне — события космического масштаба. Его поэтика основана на детали: читая описание леса, мы видим, как именно «дрожит на листе росинка» или как «ворчит» старый шмель.
Верная примета
Ветер тучи гонит,
Ветер в трубах стонет.
Дождь косой холодный
По стеклу стучит.
На дорогах лужи
Морщатся от стужи,
Под навесом прячутся
Грустные грачи.
Верная примета,
Что проходит лето,
Что опята просятся
Сами в кузовок,
Что спешит с подарками
Снова осень яркая,
Что скучает в школе
Говорун-звонок.
Его герои не «правильные» и не «образцовые». Они просто живые. Могут полениться. Могут совершить оплошность. Но автор никогда не судит их строго. Он знает, что доброта не рождается из запретов, она прорастает из личного опыта. Если не позаботился о птице, она улетит. Если не помог другу, радость будет неполной.
Дождик, подожди!
Облака собрались в кучу,
Потемнели,
Стали тучей.
Появился ветер вдруг.
Люди кинулись на луг.
Все проворно,
Расторопно
Загребают сено в копны.
Грабли ходят ходуном…
А вдали грохочет гром.
Дождик, дождик, подожди!
Дождик, дождик, не дожди!
Видишь, сено на лугах?
И минута дорога!
Читая Ладонщикова, ребёнок не просто учит рифмы — он учится быть человеком, который замечает, как «солнце садится в стога», и понимает, что в этом простом движении природы скрыт смысл всей нашей жизни. Его творчество — это фундамент, на котором строится любовь к родному краю, к труду и к самому себе, без пафоса и громких слов, но с глубоким, тихим достоинством, которое остаётся с человеком навсегда.
С добрым утром!
Встало солнце над горою,
Мрак ночной размыт зарёю,
Луг в цветах, как расписной…
С добрым утром,
Край родной!
Шумно двери заскрипели,
Птицы ранние запели.
Звонко спорят с тишиной...
С добрым утром,
Край родной!
Люди вышли на работу,
Пчёлы мёдом полнят соты,
В небе тучки — ни одной…
С добрым утром,
Край родной!
Стихи Ладонщикова не требуют специальной подготовки. Они понятны, ритмичны, музыкальны и, что самое важное, они не обманывают ожиданий ребенка. В них нет фальши, нет притворства, нет попыток казаться смешнее или умнее.
Георгий Ладонщиков оставил нам целую философию «малых дел». Он показал, что можно прожить жизнь, не стремясь к пьедесталам, но при этом построить такой прочный дом из слов, в котором будет тепло и уютно многим поколениям читателей. Его поэзия напоминает о том, что самое важное в жизни всегда находится на расстоянии вытянутой руки: в улыбке близкого человека, в первом весеннем цветке, в честно выполненной работе и в тишине, которая позволяет услышать биение собственного сердца. Это и есть то самое «земное» счастье, которое он так бережно хранил в своих строках и передал нам как самое ценное наследство.
Е. Александрова
Опыт самой жизни
Георгий Ладонщиков родился в селе Каменке, на Смоленщине, и поэзия его корнями своими уходит в смоленскую певучую землю. Поэт сумел выразить в стихах для детей опыт самой жизни, а значит, свою натуру, свой взгляд на мир. А прожито и пережито немало: босоногое детство в послереволюционной деревне, сиротство и ранний взрослый труд в сельхозартели, на лесосплаве, в типографии, окончательный выбор профессии и путь от монтёра до инженера; всенародное испытание — Великая Отечественная война, пройденная с первого дня до последнего.
«Маленькие мастера» — так называлась книга Г. Ладонщикова, появившаяся в Детгизе в 1951 году, и название её сразу выразило существо поиска молодого литератора в поэзии для детей: труд как творчество. Ладонщиков не декларирует труд, он его изображает. Элемент труда, введённый в стих и воспроизведенный не просто поэтом, а человеком мастеровитым, который сам многое знает и умеет, присутствует в стихах «Токарёнок», «Кузнецы», «Чай с вареньем», «Верный глаз», «Портниха» и других. Тема труда, формирующего человека, органична для Ладонщикова, она составляет «душу живу» его поэзии.
Стихи Ладонщикова серьёзны и содержательны. Поэт, обращаясь к детям, говорит о творческом и потребительском отношении к жизни («Про медведя и цветок»), о взаимном доверии и уважении взрослого и ребёнка («Малыш и голыш»), об «отцах и детях» («Линейный монтёр»), о человеческой, гражданской активности и патриотизме («Каменка моя», «Наша Родина», «Точильщик», «Две встречи на птичьем дворе», «Выстрел в лесу»). Поэт жанрово, интонационно разнообразен и находчив в решении проблем столь же трудных, сколь и необходимых в литературе для дошкольников. Стихи Ладонщикова подчас содержат «взрослый» подтекст, прямой или косвенный намёк тому, кто иной раз берётся поучать маленьких шалунов. Да и сам поэт всё меньше верит в назидание, иллюстрацию, а больше — в шутку, игру, весёлое иносказание.
Художник В. Чижиков
Природа оживает в поэтических миниатюрах Ладонщикова, в которых летней порой шумят дожди и «капли падают звеня на дорогу, на меня, на цветы и на густые, на ржаные зеленя», ближе к осени по вечерам «на землю опускается обильная холодная роса, но ярче и пестрее наряжается весёлая лесная полоса», а зимой можно увидеть, как «осторожная лисица подошла к ручью напиться, наклонилась, а вода неподвижна и тверда». Поэтические зарисовки «Отцветает липа», «Гроза», «Верная примета», «В поле» обнаруживают влюблённость поэта в звучную гармонию и ясную образность русской классической пейзажной лирики, и нет в них ничего специфически детского, кроме того, что это просто хорошие стихи, помогающие ребёнку постичь родной природы «вечную красу».
Развивая ребёнка нравственно и эмоционально, Ладонщиков борётся в нём за человека честного, мужественного, работящего. Он остроумно высмеивает маленьких лентяев, демагогов, врунишек, хвастунишек в стихах «Нюша-вруша», «Сынок-сурок», «Лягушка-болтушка» или «Гусёнок, метка и наседка». Даже в перечне названий стихов, сказок, басен, частушек можно уловить ритмическое разнообразие, естественную и живую интонацию разговорной речи, свойственную поэзии Ладонщикова.
Ладонщиков-поэт всегда очень реален и конкретен в своих наблюдениях, его не назовешь сочинителем чудес, для него чудесна сама жизнь. Поэт скорее похож на лукавого, проницательного собеседника, который может интересно рассказать о многом, задуматься вместе с ребенком или ласково пошутить, дать дельный совет, ободрить, а если надо и пожурить. Здесь сказывается позиция писателя, уверенного в том, что маленькому читателю нужен не только нарядный пустячок и забавная выдумка, — юмора Ладонщикову не занимать — но прежде всего пища для сердца и ума.
В. Приходько
Мне нравятся маленькие герои поэта Георгия Ладонщикова. Убирают двор и сад, ходят за ягодами. Мальчик, у которого поломался самокат, чинит его сам: «Гвозди взял и ножик. Кто захочет — сможет!» Про таких поэт говорит и по-другому: «У кого работа есть, тот не станет в драку лезть!» Правильно, не станет.
Георгий Афанасьевич — любимец детворы, добрый и скромный человек... Вот случись побывать на Смоленщине, где он родился, и, кажется, узнал бы деревню Каменку, что «обжила когда-то солнечный бугор».
Георгий Афанасьевич был в крестьянской семье тринадцатым. Знал, что такое нужда. Писал и рисовал с восьми лет. Прошёл войну рядовым бойцом. Партизанил. Четверть века сочиняет стихи для детей.
Когда-то мы выступали с дедушкой Егором — он сам себя так называет — перед ребятами. Городским детям он читал о сельских. «Боря стог сложить помог, сам со стога слезть не смог. Плачет Боря, слёзы льёт — просит вызвать вертолёт». Ух, как все смеялись! А один мальчик сказал. «Боря хороший». И стихи тоже хорошие!
Л. Белая
Доброе слово
Это было более сорока лет назад. Семилетнему мальчонке из глухой смоленской деревни попала в руки гармонь. Никто в деревне не умел на ней играть. А зимние вьюжные дни тянулись долго. За неимением валенок Гоше приходилось сидеть на печке до весны.
Мальчик стал складывать весёлые запевки, частушки, сочинять для младших сказки и небылицы задолго до того, как научился грамоте. Подружился Гоша Ладонщиков и с гармошкой, научился проигрывать знакомые мелодии. А какие же деревенские посиделки обходятся без музыки? И Гошу вместе с гармошкой парни на руках носили по снегу на все сборища.
Художник Н. Пластов
Потом было многое. Двадцать пять лет труда на телеграфе, большую часть из которых Ладонщиков проработал монтёром. Великая Отечественная война, которую он прошёл в солдатских сапогах, всю от начала до конца в пехоте. Но звучный, дробный, озорной перепляс русских частушек, неприхотливо-трогательный перебор смоленской гармоники слышится и в стихах известного поэта Георгия Афанасьевича Ладонщикова:
Я под краном руки мыла,
А лицо помыть забыла.
Увидал меня Трезор,
Зарычал: «Какой позор»!
Поленился утром Вова
Причесаться гребешком
Подошла к нему корова —
Причесала языком.
Как и положено в частушках, Ладонщиков вышучивает недостатки многих своих маленьких героев весело, с хорошо понятным детям юмором.
Разнообразны жанры, в которых выступает поэт. Есть у него остроумные побасенки, весёлые считалочки, сказки, сценки, загадки, песни, частушки. Он автор более 30 детских книжек. Лучшие из них — «Заиграла балалайка», «Упрямый бычок», «Зимние картинки», «Про знакомые дела».
В основе своей поэзия Г. Ладонщикова кажется продиктованной одним страстным желанием — научить маленьких граждан нашей Большой Родины на всю жизнь сохранить любовь и преданность дому, в котором родился, земле, по которой сделал первый шаг. За зримой достоверностью каждой детали его пейзажа просматривается цель — уберечь ребенка от пассивного и бездумного любования красотами природы. Не потому ли приметы различных времен года Ладонщиков связывает с тем, что для него особенно близко и дорого с детства — с трудом человека, чаще всего сельского жителя:
На зелёные дорожки,
Где следы колёс,
Свесил сизые серёжки
Великан — овёс.
Во многих стихотворениях поэт стремится прививать детям хозяйское отношение к родной земле, к её богатствам, к ближайшим сородичам человека — доброму зверью и птицам. Разве не интересно проследить вслед за поэтом, как «вьётся след замысловатый по низине до холма», и догадаться, что «это заяц напечатал: «Здравствуй, Зимушка-зима!»?
Более всего удаются Ладонщикову стихи, где он предельно краток и афористичен: «Прилетели метели», «Скучать некогда», «Хитрый соня», «Перекупался», «Осмелели», «Страшный бык», «Хорошо на берегу», «Чудак».
В. Муссалитин
Труды и дни поэта
Наверное, следует начать очерк о Георгии Афанасьевиче Ладонщикове с его родины, с родной Каменки, от которой уже не осталось и следа, но которая живёт и ещё долгие годы будет жить вот в этих немудрёных строчках:
Деревенька Каменка
И тиха и маленька.
Обжила когда-то
Солнечный бугор.
Перед нею быстрая
Речка омутистая,
А за нею поле
И сосновый бор...
Георгию Ладонщикову не было и двух лет, когда его отца убили бандиты. А мать и по сей день как бы стоит за спиной сына. Словно живые, смотрят её глаза с портрета, всякий раз возвращая память к тем далёким, но не забытым дням.
Поэт родился в деревне, и мир природы уже с детских лет вошёл в него всей своей красотой и мощью. Читая Ладонщикова, видишь и осязаешь краски и запахи родной земли такими незамутненными и чистыми, какими они бывают лишь в детстве, когда ты, ещё ничем не обремененный, можешь искренне изумляться и радоваться каждому нарождающемуся дню.
Ещё помнится короткий зимний день, тот дуб в глубоком пушистом сугробе, что «греет ногу за околицей села», где «завируха много-много за ночь снегу намела», а вот уже «в поле снег синеватый подмывает вода. Грач-разведчик крылатый теребит провода. Со столба донесение шлёт он стае своей: «Остановка весенняя. Прилетайте скорей!» Но вот уже грачи обжили гнезда, и нежной зеленью закурились-задымились окрестные леса, и на землю пролился тёплый, щедрый, животворный ливень, без которого и немыслима весна: «Капли падают, звеня, на дорогу, на меня, на цветы и на густые, на ржаные зеленя. Дождик, лей веселей, тёплых капель не жалей! Чем сильнее, дождик, льёшь, тем тучнее будет рожь!»
Весна-краса, как известно, ведёт за собой лето. И «хорошо, что снова лето, снова солнце высоко, что вода в пруду нагрета, как парное молоко. Хорошо, что рожь густая голубую пьёт росу, что встречают птичьи стаи нас и в поле, и в лесу». Но подходит и черёд осени: «По вечерам на землю опускается обильная холодная роса, но ярче и пестрее наряжается веселая лесная полоса. В ней рядышком с багровыми осинами берёзы пожелтевшие стоят, и будто бы кострами негасимыми рябины тонкоствольные горят».
Художник Вера Павлова
Многообразный, постоянно обновляющийся мир, который открывается детскому взору, тем и хорош, что даёт возможность каждому что-то прибавить к его красе. От чувственно-созерцательного перейти к сознательно созидательному. А к этому человека обязывает его высокая миссия работника на земле.
Что до самого Ладонщикова, а следовательно, и его лирического героя, то он приобщился к труду с самых малых лет. Да и невозможно представить, чтобы многодетная семья, где Ладонщиков рос тринадцатым, могла бы кому-то позволить безделье. Потому с таким знанием дела и пишет поэт о тех «университетах», которые довелось ему пройти. А был он и нянькой, и плотогоном, и учителем в ликбезе, и конюхом в коммуне. И все это там, на родной Смоленщине, куда всегда рвется душой и куда, что бы там ни было, наведывается ежегодно, всякий раз узнавая и не узнавая знакомые места. Вон у той ольхи, где буйствует густая крапива, стояла хата шумливой и своенравной Матрёны, ставшей героиней его первой поэмы в частушках, быстро подхваченной всей деревней, не забытой кое-кем из стариков и по сей день.
Сейчас это веселит и забавляет, а тогда, когда была написана поэма, Матрёна грозилась надрать автору уши. Нет, ничего не забыто, как и эта, густо затканная гусиной травкой дорожка, по которой он в липовых лаптях весной тридцатого года, четырнадцати лет от роду, отправился в Репино, в только что созданную коммуну. Плакали, отговаривали — мать, старшая сестра. Но Георгий был непреклонен, всецело и без оглядки приняв идею коммунистического общежития.
Он писал страстные стихи-агитки, призывая своих односельчан поскорее избавляться от пережитков прошлого и перейти к новой радостной и светлой жизни. И как потом гордился, считая, что именно благодаря его агиткам мать, старшие сестры и вся деревня Каменка в числе первых в тридцать втором году записалась в колхоз, созданный на базе коммуны.
Репинская коммуна... Сейчас, за далью лет, эта затея каменских мужиков-голодранцев накормить досыта всю округу конечно же вспоминается с усмешкой. Но тогда-то они нисколько не сомневались в реальности задуманного. Они безоглядно верили в свои силы, в социальную справедливость преобразуемого своими руками мира, в то, что все пути им открыты и что они их непременно осилят, стоит только захотеть. Репинский коммунар Георгий Ладонщиков выразил свои чувства со всей определённостью юного максималиста:
«Сначала положу в кормушки коровам сена и жмыхи. Потом начну писать частушки и декламировать стихи. Пусть не поймут меня бараны. Пишу я вовсе не для них. Я знаю: поздно или рано пробьюсь и на страницы книг».
Поначалу мне показалось странным, почему поэт обошёл стороной то, что было связано в его жизни с Моонзундским архипелагом, лежащим в серых балтийских водах. Мне даже подумалось, что он невольно обеднил свое творчество, сознательно лишил его каких-то красок, но потом понял, что это не так. Архипелаг Моонзунд, а стало быть, потери и обретения тяжких и потому кажущихся особо долгими военных лет, постоянно живут в поэте. И подтверждение тому — толстая тетрадь, в которой с каждым месяцем и годом прибавляется всё больше исписанных страниц.
Я попросил Ладонщикова почитать что-либо из заветной тетради. И как же мало походило это на прежнее, знакомое, «ладонщиковское». Не было лёгкости, открытости, веселости, я бы даже сказал, лучезарности, столь характерной для его стиха. Иной слог, иная ритмика, схожая, пожалуй, с тяжелой солдатской поступью, — стихи о войне, о самом жестоком, безумном, что только могут придумать люди.
Наверное, Ладонщиков не будет долго держать ту тетрадь в тайне, хотя, как знать... Ведь не показывал же её никому четыре десятилетия, с того самого дня, когда восстановил по памяти стихотворения, сочиненные там, в кромешном огне, на Моонзунде, в 1941 году.
Кто не знает того, что именно на Моонзунде более трех месяцев советские войска стойко держали оборону против превосходящих сил противника, сорвав ему тем самым план стремительного наступления на Ленинград.
Мы же добавим, что в списках сорок шестого стрелкового полка, стоявшего в обороне в местечке Кару-ярве, значился красноармеец Ладонщиков, известный командирам и товарищам как смелый солдат и как поэт, агитки которого имели тогда по всей линии обороны не меньшую власть, чем командирский приказ: «Боец! Настало время драться! Вопрос теперь решается свинцом. Точней стреляй! Учись маскироваться! Будь стойким, верным Родине бойцом. Перед тобой теперь одна задача, других уже путей не может быть! Громить врага везде. А это значит: во что бы то ни стало победить!»
Моонзунду суждено было проверить их больше, нежели на обычную солдатскую выдержку и храбрость. Именно Моонзунду обязан Ладонщиков своим духовным становлением. В сентябре сорок первого года измотанные неравными боями и бессонными ночами, оставшись без патронов, они были окружены и пленены. Да, они были жестоко унижены врагом, оказавшись за густой колючей проволокой, всякая малейшая попытка приблизиться к которой пресекалась автоматной очередью с вышки. Да, они были унижены, но не повержены, а значит, должны, обязаны бороться, чтобы во что бы то ни стало победить! Он и в лагере для военнопленных, понимая, насколько это важно и для тех, кто обессилил телом, и для тех, кто пал духом, не оставлял своего стихотворчества, разве кроме дней, когда был смят тифом. Как мог, в очереди за лагерной баландой или в ночи барака на нарах, он подбадривал товарищей своими стихами, призывая их жить надеждой на скорую свободу.
— Сам-то веришь? — спросил как-то шепотом сосед по нарам, измученный сомнениями и уже близкий к тому, чтобы дать согласие работать на немцев и тем самым обрести свободу.
— Верю!— без тени сомнения отозвался Ладонщиков. И, казалось бы, без всякой связи сказал: «А ведь ты — ярославский». И начал читать хрестоматийное некрасовское: «Не ветер бушует над бором, не с гор побежали ручьи...» И понял сосед, что не сделает неверного, недостойного шага.
В августе сорок четвёртого ему вместе с товарищем, фельдшером Василием Сердюком, удалось совершить побег и после долгого скитания по окрестным лесам найти партизанский отряд «Коткас», бойцом которого он, оказывается, уже числился заочно третий месяц...
Вероятно, на Моонзунде сложились жизненные и творческие убеждения Георгия Афанасьевича Ладонщикова: сила человека в его связи с родной землёй, с родным народом. Без них он — ничто. Не потому ли Ладонщиков связал свою судьбу с детской литературой и служит ей верой и правдой вот уже без малого сорок лет, прививая сотням, тысячам ребят любовь к своей родине. А любить Родину — это значит быть нужным ей. Потому-то так сильна у героев Ладонщикова тяга к добрым, полезным делам.
Потому, чтобы испытать себя, герои ладонщиковских книжек охотно берут в руки молоток, малярную кисть, становятся рядом со взрослыми. И эта их ранняя деловитость, вопреки предостережениям скептиков, нисколько не обедняет детства. Наоборот! К прежним радостям прибавляется новая — радость от сознания собственной полезности. Ребята с ранних лет знают, что «верный спутник жизни нашей и всему основа — труд».
Художник Т. Звонарева
И не случайно, оценивая творчество Ладонщикова, то значительное, что внёс он в детскую литературу, критики единодушны во мнении: для поэта детская литература начинается с воспитания трудом, его поэзии свойственно конкретное изображение работы и человека, увлечённого этой работой, раскрывающего в ней красоту и благородство своей души.
Именно любознательный маленький мастеровой человек — главный герой книг Ладонщикова. Его не надо ни о чём просить. Он сам вызовется помочь. И никакая работа для него не в тягость: что распилить дрова, что сколотить скворечню. Это трудолюбие у героев, думается, от автора, как и любовь к Родине:
Каждый город
Сердцу дорог,
Дорог каждый сельский дом.
Все в боях когда-то взято
И упрочено трудом.
Георгий Афанасьевич Ладонщиков не большой любитель рассказывать о себе. Но о многом могут сказать его награды — два боевых ордена и двенадцать медалей, как за солдатскую доблесть, так и за мирный труд...
Георгия Афанасьевича трудно представить без улыбки, умной, доброй шутки. И это знают даже те, кто лично с ним не знаком, но читал его юмористические и сатирические стихи, адресованные взрослым. Ну хотя бы недавнюю подборку в «Крокодиле» — «Хорошо быть стариком». Ладонщиков не из тех, кто боится стремительного бега времени. У каждой поры человеческой жизни, считает он, свои радости. Вырастить детей, дождаться внуков, передать им хотя бы частицу того, что знаешь, умеешь, — да разве это не радость?
...Ладонщиков с улыбкой смотрит в окно. Внизу, под окнами его дома, два больших просторных, соседствующих бок о бок двора — школьный и детсадовский. Оба полны непоседливой, шумной детворы. Я тоже невольно улыбаюсь этому, явно символическому совпадению. Надо думать, не случайно детский сад и школа оказались в таком близком соседстве с хорошим человеком, детским поэтом Георгием Афанасьевичем Ладонщиковым.
Литература
- Александрова Е. Опыт самой жизни: к 60-летию Г. Ладонщикова / Детская литература. — 1976. — № 6.
- Белая Л. Доброе слово / Детская литература. — 1966. — № 6.
- Берестов В.Д. О поэте Георгии Ладонщикове / Детская литература. — 1985. — № 10.
- Георгий Афанасьевич Ладонщиков — 100 лет со дня рождения / Мурзилка. — 2016. — № 6.
- Ладонщиков Г.А. С весны до весны; Рис. И.Искринской. — М.: Сов. Россия, 1981.
- Муссалитин В. Труды и дни поэта: [очерк о поэте Георгии Афанасьевиче Ладонщикове] / Детская литература. — 1986. — № 6.
- Осетров Е. Портрет писателя: Георгий Ладонщиков / Детская литература. — 1971. — № 7.
- Приходько В. Георгию Афанасьевичу Ладонщикову — 70 лет / Мурзилка. — 1986. — № 6.