
Когда читаешь рассказы Владимира Бахтина о фольклоре, словно путешествуешь по волшебной лестнице. Тут тебе и частушки, и песни, и былины, и сказки.
Интерес к народному слову у Бахтина возник как-то сам собой, случайно, «неисповедимыми путями». В семье интересовались народной речью, а прадед, немец по происхождению, собирал русские пословицы и поговорки. Владимир в юности увлёкся устным народным творчеством, ездил в экспедиции в незнакомые глухие деревни, записывал песни, былины, сказки, частушки. Ему нравилось общаться со сказителями и певцами — живыми носителями словесного творчества.
Минуя развлекательную сторону фольклора, учёный отыскивал, в какие исторические периоды возникали народные творения и какой социальный контекст они отражали. Прошлое раскрывалось ему через народное сознание, запечатлённое в устном творчестве.
Став педагогом, Владимир Соломонович Бахтин (настоящая фамилия — Гельман, 1923–2001) стремился просвещать молодое поколение, доступно и интересно объясняя сложные вещи. Эрудиция и широта знаний позволяла Бахтину обращаться к истории, этимологии, археологии, палеонтологии и умело вплетать их элементы в свои рассказы о фольклоре, чтобы студенты могли понять контекст и эволюцию народных песен и частушек, былин и сказок. Его исследования позволили пролить свет на представления первобытных людей, их отношение к природе и животным, обряды, отражённые в древних сюжетах. Он доказал, что фольклор является бесценным источником для изучения культуры и быта народа, а его образы и сюжеты продолжают жить в современном мире, оставаясь актуальными и понятными новым поколениям.
Книга писателя «От былины до считалки» открывает читателю удивительный мир, где прошлое оживает в каждом слове и приглашает читателя в увлекательное путешествие по миру русского фольклора. Автор знакомит с разными жанрами народного творчества, показывая, как они рождались, развивались и отражали жизнь народа в разные эпохи.
Постижение фольклорного богатства требует постепенного погружения, ступенька за ступенькой, от более понятных и близких форм к более древним и сложным. Подзаголовок «По волшебной лестнице» - удачно найденная метафора писателя: каждая ступенька открывает новые горизонты и позволяет увидеть прошлое в ином свете.
Какие же ступеньки нужно преодолеть, чтобы познать фольклорное богатство?
Частушка появилась относительно недавно, и её легко связать с конкретными историческими событиями (например, с отменой крепостного права и частной собственностью на землю). Эта первая, самая доступная ступенька позволяет увидеть, как фольклор отражает социальные и экономические реалии.
Следующая ступенька — старинные песни. Здесь автор обращается к этимологии слов и рассказывает, как язык может служить ключом к пониманию истории.
Былины погружают нас во времена Киевской Руси и монгольского нашествия. Они требуют от читателя умения анализировать художественные образы, исторические детали: ярлык, городские стены, оружие.
Сказки отражают разные этапы развития общества. Бахтин раскрывает связь сказочных персонажей и сюжетов с древними верованиями, обрядами и представлениями о мире.
Владимира Бахтина всегда привлекала художественная сила фольклора: яркие образы и метафоры вызывали сильные эмоции и учили важным жизненным ценностям. Безусловно, фольклор хранит память о прошлом, передавая мудрость, опыт и мировоззрение народа.
Вл. Бахтин
По волшебной лестнице
Из рассказов о фольклоре
Ты, конечно, знаешь русские народные сказки, песни, частушки. Но знаешь ли ты, когда они родились, в какую эпоху?
На этот вопрос коротко не ответишь, потому что каждый жанр и даже каждое произведение устного народного творчества имеет свою историю. Но мы попробуем сегодня разобраться в этой истории, вернее, в четырех таких историях. Спустимся, как по ступенькам лестницы, в глубь времен.
Сначала на одну ступеньку. Вот частушка:
Провожал меня один
До березовых лядин*,
Раз пятнадцать побожился,
Что у батюшки один.
*Лядина — заросль, лесок
Если спросить сегодняшнего школьника: а почему клялся парень, что он единственный сын, какое в этом достоинство, школьник, вероятно, затруднится ответить. А объяснение простое: до революции земля была частной собственностью, и наследники делили ее между собой. Чем больше детей, тем меньше приходилось на долю каждого наследника. Единственный сын получал весь отцовский надел и потому считался в деревне завидным женихом.
Когда могла возникнуть такая частушка? Очевидно, до Великой Октябрьской революции, которая объявила землю общенародным достоянием. Не могла она появиться и до отмены крепостного права, когда не только земля, но и сами крестьяне принадлежали помещику. Значит, частушка эта родилась где-то между 1861 и 1917 годом.
Спустимся еще на одну ступеньку. Возьмём забытую старую песню.
Ой, хорошо житье лакеям
На боярском на дворе.
Они пашенки не пашут
И оброка не дают.
Ох, они пашенки не пашут
И оброка не дают,
И оброка не дают,
Косы в руки не берут.
Куда пошлют — беги скоро.
Чтобы дело было споро.
Засмотрелся, застоялся,
С сударушкой повидался,
Оглянулся назад,
Сзади палочкой грозят.
Воротился домой —
Кафтанишко с плеч долой,
На конюшню ведут,
Сзади палочку несут.
Сразу можно сказать, что эта песня появилась в условиях крепостного права.
Есть такой замечательный двухтомный «Этимологический словарь русского языка» А. Г. Преображенского, в котором объясняется происхождение многих тысяч слов. О слове «лакей» сказано, что оно французское, пришло в немецкий язык в XVI веке, а из немецкого — в русский; является новым заимствованием (новым — значит, не ранее эпохи Петра I, то есть начала XVIII века).
Иногда бывает, что на протяжении десятилетий и столетий текст фольклорного произведения меняется, одни слова и образы забываются, другие приходят на их место. Здесь слово «лакей» вряд ли появилось позднее, чем сама песня: песня как раз и построена на противопоставлении лакейской жизни и крестьянской, как бы спорит с крестьянином-слушателем, что лакею живется ничуть не слаще.
Итак, о времени создания этой песни мы тоже можем судить довольно определенно: от середины XVIII до середины XIX века (вначале должно было пройти какое-то время, чтобы слово «лакей» прижилось на русской почве, стало привычным, а в 1861 году, как вы помните, крепостное право было отменено).
А теперь давай опустимся на несколько ступенек сразу, лет этак на семьсот.
Да из Орды, Золотой земли,
Из той Мангазеи богатой,
Когда подымался злой Калин-царь,
Злой Калин-царь Калинович,
Ко стольному городу ко Киеву
Со своею силою с поганою.
Не дошёл он до Киева за семь верст,
Становился Калин у быстра Днепра.
Сбиралося с ним силы на сто верст,
Во все те четыре стороны.
Зачем мать сыра земля не погнётся?
Зачем не расступится?
А от пару было от кониного
А и месяц, солнце померкнуло,
Не видеть луча света белого...
...Садился Калин на ременчат стул,
Писал ярлыки скорописчаты
Ко стольному городу ко Киеву,
Ко ласкову князю Владимиру...
Так начинается былина «Калин-царь». Не нужно быть специалистом-ученым, чтобы догадаться: речь в этой былине идет о нашествии монголов. Несметная конница осадила Киев (какие яркие художественные образы найдены здесь: «Зачем мать сыра земля не погнется? Зачем не расступится?..»).
При переходе фольклорного произведения от одного исполнителя к другому, от одного поколения к другому, как уже говорилось, могут возникать дополнения, выпадать места неясные, вставляться новые имена, названия. Вот здесь очевидно, что строка о Мангазее — позднейшая. Мангазея — русское торговое поселение, основанное на севере Сибири в 1601 году.
Надо полагать, что и Золотая Орда здесь — воспоминание о более поздних временах: ведь это государство на Волге как раз и появилось в результате монгольского нашествия. Все остальное в этой былине ведет нас в Киевскую Русь.
Мы хорошо знаем слово «ярлык». Но былина употребляет его не в современном значении«этикетка», а в старинном, первоначальном значении — «грамота, указ татарского хана». Это значение, точнее, само это слово пришло на Русь вместе с монголами в XIII веке.
По былинам можно составить описание Киева. Он был окружен городовой (городской) стеной, а по углам стояли наугольные башни.
«Перескочи через стену городовую, через ту башню наугольную», — говорит в одной из былин предводитель вражеского войска Батый своему послу.
Ты, возможно, бывал в каком-нибудь старом русском городе — в Новгороде, Пскове, Смоленске, московский Кремль видел — вот там как раз такие стены и такие башни. Вначале они были деревянные, а потом каменные. Князь жил «в тереме златоверхом, в палатах белокаменных».
Вспомним, какое оружие имеют богатыри: тугой лук, стрелочки каленые, копье, палицу, иногда саблю, кинжал (чинжалище) булатный.
Огнестрельного оружия былина в общем-то не знает, хотя оно появилось на Руси достаточно давно (артиллерия, например, впервые была применена войсками Дмитрия Донского в 1389 году).
И еще одно интересное наблюдение сделали ученые. В былинах все бои с врагами проходят в степи, в чистом поле. В степи, на богатырской заставе, стоят богатыри и охраняют Русь. Помнишь картину Васнецова «Три богатыря»?
Степной пейзаж — самый устойчивый пейзаж в былинах. Значит, в тех местах и родилась былина, там жили первые слагатели и певцы былин.
Застава богатырей напоминает нам и о временах, предшествовавших татарскому нашествию,
о многовековой борьбе наших предков со степными кочевниками — печенегами, хазарами, половцами. Один из врагов в былинах — Тугарин Змеевич. Имя его восходит к имени половецкого хана Тугорхана.
С севера и с востока к Киеву подходили дремучие леса. Первые подвиги Илья Муромец совершил в таком лесу — взял в плен Соловья Разбойника, очистил прямоезжую дорогу на Киев, которая за тридцать лет совсем заросла лесом.
«В некотором царстве, в некотором государстве...»
Эти слова — как позывные перед футбольным матчем: только услышишь — сразу знаешь, что дальше будет. Дальше будет сказка.
Сказки бывают разные. Есть волшебные, или фантастические. Тут действуют необычные герои — Баба-Яга, Кащей Бессмертный, чудесные предметы — ковер-самолет, скатерть-самобранка. Есть сказки о животных, похожие на наши басни. Есть сказки бытовые. В них речь идет о жизни дореволюционной России — о барине и попе, о поповом работнике, о бедном мужике,о солдате. Бытовая сказка самая молодая. Волшебная зародилась так давно, что... ни в сказке сказать, ни пером описать.
Былина возникла в земледельческий период жизни народа. Илья Муромец чаще всего — крестьянский сын. В былинах опоэтизирована работа крестьянина. Помнишь Микулу Селяниновича?
А в волшебных сказках отражен более ранний этап, когда люди еще не знали земледелия, занимались охотой, собирали съедобные корни, искали в лесу мед диких пчел.
В 1525 году русский царь Василий Иванович отправил посольство в Рим, к папе Клименту VII. В числе послов был Дмитрий Герасимов, человек очень образованный, знавший несколько языков, отличный рассказчик.
Итальянский историк Павел Иовий Новокомский написал книгу об этом посольстве, о России, во многом основанную на рассказах Герасимова. В книге Новокомского находим и сказку. Это первая запись русской сказки, сделанная почти 450 лет назад. Не удивляйся, что форма ее не совсем сказочная — ведь это пересказ того, что рассказал Герасимов, переведенный сначала с русского на латинский язык, а затем, позднее, переведенный обратно с латинского на русский. Не удивляйся и тому, что здесь повествуется как бы о действительном событии — это часто бывает в сказках.
Посол московский Дмитрий, отличающийся весёлым и остроумным характером, рассказывал при громком смехе всех присутствующих, что в недавнее время один поселянин, живший по соседству с ним, прыгнул сверху для отыскания меда в очень большое дуплистое дерево, и глубокая медовая пучина засосала его по грудь; два дня он питался одним только медом, так как голос мольбы о помощи не мог в этих уединенных лесах достигнуть ушей путников. Напоследок же, когда он отчаялся в спасении, он по удивительной случайности был извлечен и выбрался оттуда благодеянием огромной медведицы, так как этот зверь случайно, подобно человеку, спустился туда поесть меда. Именно поселянин схватился руками сзади за крестец медведицы, та перепугалась от этой неожиданности, а он заставил ее выпрыгнуть как тем, что потянул ее, так и тем, что громко закричал.
В этом сюжете угадывается старая основа, связанная с древнейшим занятием славян — бортничеством, то есть сбором меда диких пчел.
Сказки этого типа сохранились и до наших дней. Но в сказках не столь давних герой обычно просто попадает в яму, в болото, в дупло и выбирается оттуда, схватившись за хвост волка или медведя.
В некоторых волшебных сказках есть такие персонажи как Солнце, Месяц (Месяц Месяцович), Ветер. Перечитай сказку, где действуют эти персонажи. Как бы ты их нарисовал? Есть ли что-то человеческое в их облике?
Дедушка-Водяной — хозяин воды. Баба-Яга — хозяйка леса, хозяйка лесных зверей. Эти образы ведут нас к представлениям первобытных людей, которые олицетворяли, очеловечивали все стихии, все силы природы.
Первобытные люди почитали зверей и птиц. Они думали, что каждое племя, каждый род происходит от какого-нибудь животного. Такому животному поклонялись. Вот почему в некоторых русских сказках действуют Орел, Сокол, Ворон Воронович — это тоже воспоминание об очень давних временах.
В те времена в каждом подрастающем мальчике видели будущего воина и охотника, и он должен был доказать, что способен переносить любые тяготы. Его отправляли в лес и там подвергали испытаниям. Такие испытания мальчики переносили с гордостью.
История сказочного героя, преодолевающего все препятствия благодаря мужеству, находчивости, лучшим душевным качествам, повторяет, в измененном, конечно, виде схему давно забытого у нас обряда посвящения в воины, в мужчины.
По обломку кости, по одному зубу палеонтолог восстанавливает облик животного, умершего миллионы лет назад. По остаткам фундамента археолог не только способен представить, как выглядело здание, но и рассказать, какой народ его строил, как жили в нем люди. По годовым кольцам деревьев метеорологи установили, какой климат, какая погода была на земле в последние десять тысяч лет. По одной надписи языковедам удается реконструировать грамматическую систему исчезнувшего языка. А вот фольклористы, историки, этнографы с помощью обыкновенной, привычной с детства сказки заглянули в такие дали дальние, что дух захватывает...
Но, пожалуй, пора нам оставить первобытных охотников и по нашей волшебной лестнице возвращаться в день нынешний.
Передача для детей! Ты сидишь у телевизора и смотришь, как шагает печка, как, по щучьему веленью, по Емелину хотенью, за одну ночь возводятся удивительные дворцы. Сказочной Щуке — десять тысяч лет, она родственница Ворона Вороновича, Сокола и других птиц и зверей, которым когда-то поклонялись люди, но ее прекрасно понимают дети XX века. Отпустил ее Емеля на свободу, не обидел — она в благодарность дала ему могущество. Самый обиженный в семье побеждает злых и жадных.
Справедливость и правда восторжествовали.
В новогодние праздники ты повсюду видишь Деда-Мороза. Да, это тот самый Морозко, Мороз, Красный Нос, страшный владыка холода.
А в сказке — ты ее хорошо знаешь — Морозко с сочувствием отнесся к сироте, которую мачеха выгнала на погибель. Заботливая и трудолюбивая девочка понравилась ему. Он не только сохранил ей жизнь, но и щедро наградил. Злые, ленивые, жадные мачеха и дочь ее наказаны. И здесь побеждает самый слабый и обиженный.
Сказка учит добру, справедливости, верности, отзывчивости. И потому она никогда не устареет.
Литература
- Бахтин В.С. От былины до считалки: Рассказы о фольклоре. — Л.: Детская литература, 1988.
- Бахтин Вл. По волшебной лестнице. Из рассказов о фольклоре / Костёр. — 1976. — № 7.
- Нутрихин А. Владимир Бахтин: «Больше всего я люблю русский фольклор»